1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11

 

*     *     *

 

 

 

Были в Елатьме большие базары под церковные двунадесятые праздники – Николу (6 декабря по ст. ст.), Рождество, Крещение, Сретение, масленицу, Пасху, под весеннего Николу, Троицу, Преображение.

 

 

 

Елатьма. Базарная площадь. Фото конца XIX - начала XX века.

 

Базарная площадь.
Фотоколлаж из Елатомского краеведческого музея

 

 

 

Съезжалось много крестьян, так, что подводы с товарами сельского производства не убирались, стоя рядами на базарной площади, захватывали даже нашу гимназическую улицу Граве, названную так в честь елатомского богача и, как считалось, ревнителя просвещения, при содействии которого была открыта мужская гимназия. Особенно много было молочных продуктов и яиц, а зимой сена и дров. Чайные Кочетова и Рождественского были набиты битком базарниками, а дверь «казенки», винной лавки, которая была почти напротив бульвара, «не стояла на петлях», как тогда было принято выражаться в таких случаях. На летних базарах было много грабель деревянных, вил, а также лаптей, которые были так искусно, красиво, аккуратно и плотно сплетены, что не пропускали воды. Подобные им я встречал на Волге, где у пристани Ильинка выносили их на продажу чуваши. Особой торговлей Елатьма не отличалась и во многом уступала соседним Меленкам и Касимову, который в округе был установителем цен на продукты, так как на его базарах был больший товарооборот.

Фабрик и заводов в Елатьме не было, хотя рабочие руки были бы дешевы, но богатые не открывали производственных предприятий, опасаясь, что они будут простаивать из-за плохой доставки сырья ввиду дальнего расстояния от постоянных путей сообщения, а по Оке много за навигацию не завезти, да и надо отправлять продукцию, но доставка ее гужевым путем не могла бы выдержать конкуренции на торгово-промышленном рынке.

В одном из путеводителей по речному пути за 1913 год было написано: «На левом высоком зеленом берегу раскинулся город Елатьма. Город заброшенный, глухой, ни торгового, ни промышленного значения не имеет». И удивляется: «Почему-то открыли в нем мужскую гимназию, которая долгое время служила пристанищем неудачников-гимназистов со всей России». В другом путеводителе за 1931 год говорится: «Одно из лучших дачных мест на реке Оке. Летом здесь жило несколько сот дачников. Много москвичей».

 

*     *     *

 

 

 

Культурными развлечениями были литературные, вокально-музыкальные вечера и любительские спектакли, которые ставила драматическая группа, состоявшая из служащих учреждений, учителей гимназии, городского училища и другой интеллигенции. Режиссером был учитель гимназии Гвоздиков Борис Осипович под псевдонимом Осинский. Временными артистками были учительницы, но на них смотрели косо и считали чуть ли не пропащими.

Сцена была сделана в приюте, здании на Рождественской горе, где обучались мальчики-сироты столярному и переплетному делу.

 

 

 

Елатьма. Приют для мальчиков-сирот на Рождественской горе. Фото конца XIX-начала ХХ века.

 

Приют для мальчиков-сирот им. Ивана Павловича Попова на Рождественской горе.

Справа от приюта виден храм Рождества Богородицы

 

 

 

Елатьма. Приют для мальчиков-сирот на Рождественской горе. Фото конца XIX - начала XX века.

 

Приют для мальчиков-сирот им. Ивана Павловича Попова на Рождественской горе.

Попечителем приюта являлся священник о.Михаил Липов,
заведовал приютом мещанин Молчанов Николай Дмитриевич

 

 

 

Спектакли ставили, включая в репертуар пьесы Островского, но были и других авторов: «Канитель», «Юбилей», «Предложение», «Медведь» Чехова, а студенты, приезжавшие на каникулы, ставили и пьесы Горького. Но единственным залом для спектаклей и концертов был этот, что в приюте.

 

 

 

Фото Н.Зиновина, 2008 г.

 

Лестница XIX в. с литыми чугунными ступенями, ведущая

в актовый зал бывшего Елатомского приюта для мальчиков-сирот.

 

 

 

В апреле 1901 года заезжий кинематограф в зале приюта показывал цветной фильм (динамку крутили вручную) «Али-баба» из «Тысячи и одной ночи» и журнал «Нижегородская ярмарка», при этом случился небольшой пожар. В результате кинематографистам не разрешали больше показывать в Елатьме фильмы.

Два раза в месяц «Обществом трезвости» устраивались чтения с «туманными картинами» (проекционным фонарем) описательных лекций по географии и истории. Лекторами по обязанности были учителя городского училища и начальных школ.

Под рождественской колокольней был приют для девочек-сирот. Там обучали их рукоделию – вышиванию, плетению кружев и, особенно, кройке и шитью.

 

 

 

Елатьма. Приют для девочек-сирот под звонницей Рождествобогородицкой церкви. Фото конца XIX - начала XX века.

 

Рождественская колокольня над зданием приюта для девочек.
Попечительницей этого приюта была потомственная почетная гражданка М.А.Попова,

заведовал приютом священник о.Михаил Липов

 

*     *     *

 

 

 

В летнее время на площадке между Городской управой и Козихой была спортивная площадка. Устраивалась она «Обществом разумных развлечений». Там были кегли, крокет, городки, «гигантские шаги» (два столба), а также спортивные стойки.

 

 

 

 

Прим. ред.: «гигантские шаги» – это устройство в виде столба с вертушкой наверху,
к которой прикреплены длинные верёвки с петлями из лямок;
сидя в лямках, играющие, разбегаясь и взлетая, кружились вокруг столба).

 

 

 

Там в летние вечера развлекалась все больше молодежь, которая, как тогда выражались, не «кавалерничала».

Парочки же прохаживались на бульваре до девяти часов вечера, пока на Рождественской колокольне не пробьют башенные часы (в то время часы отбивали каждый час).

 

 

 

Елатьма. Аллея в городском саду вдоль улицы Соборной. Фото конца XIX - начала XX века.

 

Аллея городского сада вдоль ул. Соборной

 

 

 

Елатьма. На бульваре у пруда. Фото конца XIX - начала XX века.

 

На бульваре у пруда

 

 

 

После девяти часов гуляющая публика направлялась с бульвара в тенистые аллеи Соборного сада до одиннадцати часов вечера, пока сторож соборной колокольни не пробьет одиннадцать раз. Тогда гулянье прекращалось.

Гуляли иногда компанией – шеренгой во всю дорожку по круговым аллеям. Красивый вид был с последней аллеи к обрыву под гору в ночное время, когда идет буксирный пароход и ведет караван баржей. Огоньки видны на мачте парохода – красный и зеленый по бокам, а также на мачтах баржей, а если вслед идет караван с нефтью, то красных огней на мачтах больше, чем белых и кажется, что на воде зажгли целую иллюминацию. Бывает и так, что идет один караван за другим, тогда получается красивая картина, не поддающаяся описанию, да если еще раздаются гудки пароходов, просящих разрешение обойти один другого, а тот запрещает тревожными, сердитыми гудками, звук далеко разносится по водной глади.

 

 

 

Елатьма. Семейство Поповых на прогулке.

 

Семейство Поповых на прогулке.

 

 

 

В зимнее время большим удовольствием и развлечением был каток на пруду Козиха. Расчищали его арестанты-краткосрочники из Елатомской тюрьмы под конвоированием одного из тюремных надзирателей.

 

 

 

Елатьма. Бульвар зимой. Фото конца XIX - начала XX века.

 

Бульвар у городского пруда зимой

 

 

 

Заведовал катком помощник классного наставника Кондратьев или «Штык» по прозванию среди гимназистов. Плата за билет на весь сезон была один рубль. По праздникам, когда не особенно морозило, играл духовой оркестр гимназистов. Тогда плата за билет прибавлялась на 15 копеек. Исполнялись марши, вальсы и польки, кататься всем было весело. Для обогрева в конце катка, ближе к бульвару стояла разборная избушка, на лето ее убирали.

 

 

 

 

Тепляк возле Козихи

 

 

 

До чего были красивы девочки, румяные, свежие от мороза! Сторож, топивший печь избушки продавал дополнительные воскресные талоны.

 

 

 

 

Поздравительная почтовая открытка начала ХХ века

 

 

 

Иногда по воскресеньям гимназисты устраивали групповые вылазки на лыжах за город под наблюдением «Штыка». Использовали свои широкие охотничьи лыжи, спортивных, как теперь, не было. Но эти катанья были не веселые: с крутых гор кататься не разрешалось, а этого особенно хотелось – летишь, вдруг лопается ремень, и ты под горой, кувыркаясь, весь в снегу, а ребята над тобой смеются. Весело! А то ходи по ровному снегу и с небольшой горы, да еще без прискоков (трамплинов), не интересно, а когда идешь кататься где душе угодно, хорошо. Да и покурить нельзя, это в гимназии запрещалось строго, но в уборной курили, и, когда накурят, «хоть топор вешай – не упадет», дверь, конечно, подпирали плечами двое-трое здоровенных гимназистов, а то «Штык» взойдет, поймает – это тройки по поведению, а в другой раз поймает – исключение из гимназии. Не мудрено, что курили, ведь в шестых и седьмых классах учились в возрасте и 21 года.

В зимние морозные дни, когда температура воздуха опускалась ниже двадцати градусов, учение в школах не производилось, и на пожарной каланче поднимался красный флаг. Но так как каланча была не высокая, то большинство учащихся могли его увидеть только выйдя на базарную площадь, и почти дойдя до учебного заведения. В гимназии также через забор вывешивался красный флаг. Гимназисты, увидев это, шутили: «Гимназия объявила восстание!». И конечно, на каток в этот день шли, если температура поднималась к полудню. Морозы до 20–25 градусов бывали иногда перед рождественскими каникулами по 10–12 дней подряд.

 

*     *     *

 

 

 

 

Продолжение

 





 

Вернуться на главную страничку